СОХРАНЯЯ НАСЛЕДИЕ ПРОШЛОГО, МЫ ВИДИМ СЕБЯ ЧАСТЬЮ ИСТОРИИ

Дата поста: 2014-07-30T06:49:20

Директор Национального музея Республики Бурятия уверена в вечной востребованности хранилищ наших ценностей.
Мы встретились с Татьяной Бороноевой перед ее поездкой в Москву, на Международный фестиваль музеев «Интермузей-2014». Нам удалось поговорить о том, как сегодня развивается музейное дело в Улан-Удэ.


— Татьяна Анатольевна, что представляет собой сегодня музей как социальный институт?
— Музеи активно становятся неотъемлемой частью образования, открытым и доступным источником знаний. Мы находимся на передовой позиции в работе с детьми. На нас лежит ответственность дать возможность подрастающему поколению посредством музейных экспонатов увидеть систему ценностей общества в его историческом развитии. Как оно менялось в течение столетий. Сегодня это становится одним из главных способов сохранения и передачи традиции. Музей хранит исторические экспонаты или творческое наследие художников для потомков. Происходит передача знания от прошлых поколений будущим.
— Вы имеете в виду историко-культурное наследие?
— Да, это в большей степени материальное наследие. Вот вы приходите в исторический музей и видите подлинные вещи, с которыми соприкасались великие люди. Перед вами то, что было в их собственности, их книги. Это не только помогает понять их личность, но и вообще ощутить дыхание целой эпохи. Это очень важно. Тэло тулку, верховный лама Калмыкии, будучи в Бурятии, недавно отметил, что мы, буряты, напрямую несем традицию буддизма. И то, что находится сегодня в Национальном музее — тому также живое подтверждение. Например, послание Его Святейшества Далай Ламы XIII бурятскому народу, которое сейчас представлено в экспозиции. Это документ с подлинной личной печатью и подписью. В нем говорится о необходимости бурятам сохранять буддийскую веру. Наши гости, современные иерархи буддийского мира, были просто потрясены. Вот оно, живое дыхание эпохи.
— Буддийское наследие занимает особое место в Национальном музее?
— Конечно, и надо отметить, что наша буддийская коллекция — лучшая. Эксперты уже давно определили ее как одну из лучших в России. То есть, есть Эрмитаж, есть Российский этнографический музей, Государственный музей истории религии, Музей народов Востока и есть Национальный музей Республики Бурятия. Мы без ложной скромности находимся в этом ряду. При этом, в музеях Санкт-Петербурга среди наследий буддизма Тибета, Китая, Японии и Индии наиболее обширно представлен именно буддизм Бурятии. Многие религиозные предметы вывозились в бывшую столицу по линии Русского географического общества. У нас в фондах многое сохранено благодаря бурятским ламам и ученым. Калмыки и тувинцы говорят, что у них, к сожалению, мало что сохранилось. Особенно у калмыков после их депортации.

— А какова ситуация с Атласом тибетской медицины?
— После 1998 года, когда Атлас был вывезен в США, внимание общественности было приковано к нашему музейному фонду и к этому ценнейшему экспонату. Сейчас уже более спокойное отношение. Мы сделали с благотворительным фондом «Жамсаран» копии 76 листов, которые сохранились. Другие листы были утрачены намного раннее. Сам оригинал находится в законсервированном состоянии. Работники провели очень большую работу. Периодически мы выставляем его на экспозицию.

— Сегодня люди еще приносят какие-то реликвии из семейных архивов в музей?
— Недавно привезли из Агинска уникальный предмет. Его нашли в сундуке бабушки. Это «даруулга» — хори-бурятский женский головной убор. Берестяная основа, обшитая бархатом и на ней 62 камня: коралл, лазурит и янтарь, плюс серебряные серьги — «пиихэ» с серебряной цепочкой. «Даруулга», далеко нелегкая по весу. В традиционном бурятском обществе это было частью женской моды. Мы провели экспертизу. Ольга Шагланова, этнограф, написала заключение. Датировали предмет концом XIX века. Но мы не смогли его купить, не хватало средств.